Юлия Рутберг: «Косметология – это

Юлия Рутберг

территория удовольствия и философия отношения к себе»

В начале ноября в Екатеринбурге побывала известная актриса Юлия Рутберг. Она приехала в столицу Урала специально для того, чтобы провести презентацию инновационной лазерной системы Affirm производства компании Cynosure (США), которую устраивала группа компаний MARTIN’EX и Российское общество дерматовенерологов. Презентация проходила в рамках V специализированной выставки «KOSMETIK EXPO-Урал». И именно благодаря группе компаний MARTIN’EX состоялось наше интервью с актрисой – такое живое и захватывающее.

– Юлия, вы настолько легко и свободно вели презентацию по такой непростой, инновационной теме! Неожиданный поворот для такого солидного мероприятия. Просто доставили удовольствие!
– Спасибо. Вообще, чем бы человек не занимался, он, прежде всего, – человек! Мне всегда неловко и стыдно за людей, которые нерадиво используют свое служебное положение. Вместо того чтобы быть сильными, они становятся убогими, потому что их костюмчик и их чин съедают человеческую основу. Человек начинает кичиться, и все это отражается на его лице. Мне всегда тяжело с чиновниками. Обычно прикладываю какие-то усилия: я уже поняла, что человека можно «раз- вернуть» хорошей стороной – любого «монстра», если ты находишь настоящий контакт с ним. И для этого не надо нравиться, как-то «мяукать». Просто если происходит человеческий контакт, возникает какое-то другое поле, и тогда люди начинают общаться. Сегодня, когда я вышла на сцену, меня рассмешили несколько людей, которые сели, скрестив руки. Я обожаю эту мизансцену: «Ну, давайте! Удивляйте меня!».

– Потом-то они раскрестили руки?
– Да, потом раскрестили. Теперь уже не боюсь этого. Мне в таких случаях становится весело. Если ты таких людей хочешь вовлечь, то пути только два: либо нужно очень хорошо знать то, что ты делаешь, либо нужно честно признаться, что ты здесь гость, и что ты – «Алиса в стране чудес», которую нечто сильно заинтересовало. Такой была моя позиция, потому что я совсем недавно познакомилась с этими людьми, всего несколько раз была в MARTIN’EX. Мне понравились специалисты, которые здесь работают (главный врач клиники «Реформа» Наталья Михайлова и ее коллеги), – я говорю то, что думаю. А все, что касается пластической хирургии – для меня это ужас!
Это словосочетание – какой-то кошмар сегодняшнего дня. Это как новый вид экспериментов над человечеством. Меня пугает, что с появлением скальпеля и ножниц, и вообще этого безумия, люди стали отказываться от своего лица во имя чего-то непонятного. И мое присутствие здесь связано с желанием заняться собой, только без пластической хирургии. Слава богу, что существует «ручная работа» и косметологические процедуры, линии, которые способны тебя поддерживать.

Честно скажу, что безумно устала за последние три года от темпоритма, в котором живу! И так сложно стало себя сохранять. Есть такая великая мудрость: если ты сам себе нравишься, ты производишь впечатление на других людей. Ты можешь накраситься как угодно, сделать боевую раскраску апачей, но если ты сам  себе не нравишься, ты все равно будешь это транслировать. Грим через полтора года усугубляет все недостатки лица. А уж если человек недоволен собой, то он просто начинает входить в резонанс с любым негативом. У человека лицо становится страшным, просто как маска.
Мне кажется, если человек ухожен и хорошо выглядит, значит, он производит на людей впечатление, значит, он коммуникабелен, востребован и продолжает жить в миру. А иногда внешний вид становится поводом для отшельничества. Я, конечно, понимаю, что Марлен Дитрих могла себе позволить сказать: «Все, товарищи, двери закрываются!» и просидеть такое количество лет в отшельничестве, дабы не показать свою старость, но это такая голливудская схима.

– Или Грета Гарбо…
– Да. Ну вот их и назвали иконами стиля.

– У Вас такой напряженный график работы – и Театр им. Вахтангова, и фильмы, и сериалы, и антрепризы, и презентации, когда Вы пришли к необходимости коррекции своей внешности, в том числе и с помощью лазерных технологий…
– К лазерным технологиям я еще не пришла. Пока внимательно изучаю. Существуют ведь разные ступени. И мне кажется, что все-таки лазеры пока можно отложить. Пока есть что-то другое. А вообще, я решила заняться собой где-то полгода назад, когда поняла: просто кремчик и постоять под душем – уже не работает. Потому что лицо – измученное.
Самое ужасное, когда у человека измученное лицо. Мне все делают комплименты, говорят: «Какая Вы худенькая, какая Вы стройненькая, как Вы прекрасно выглядите!». А ведь это неправда! Потому что можно быть худенькой, но при этом такой обветшалой, как сухой листик. Я начала понимать, что особо не поправляюсь из-за такого темпоритма. Но можно быть в тонусе и подтянутой. Как, например, когда приехала после отпуска – я столько плавала, купалась, делала массаж. И поняла, что стала похожей на тетиву от лука – это такое прекрасное ощущение! Даже краситься не надо было!

Первые полтора-два месяца носилась по Москве просто как белка. И совсем другой случай, когда накапливается усталость. Только представьте себе мой вчерашний день! После него с ужасом думала: с каким лицом я сегодня буду! И в самом деле, три с половиной часа из Люксембурга до Франкфурта. Во Франкфурте два часа в аэропорту, три двадцать – в самолете, потом получили багаж, и я вышла на улицу, посмотрела на Москву, подышала чуть-чуть воздухом, и из международного терминала вошла в другой, зарегистрировалась, села в зале ожидания, просидела там еще два с половиной часа, села в самолет, прилетела сюда (там минус два часа, здесь плюс два часа, то есть четыре часа разницы). С ужасом поняла, сколько же мне остается на сон! Было уже пол-пятого! А надо было еще разобрать вещи. И подумала: «Боже мой! Завтра в таком состоянии мне нужно будет прийти на конгресс косметологов!»

Но все ведь зависит от настроения! Во-первых, не могла подвести уважаемых мной людей, во-вторых, я понимала, что должна хорошо выглядеть. С утра начала улыбаться, выпила кофе. Если говорить о сегодняшнем дне, то внутреннее вытащило внешнее. Иногда же бывает, что внешнее укрывает или дополняет внутреннее. Только с точки зрения этого баланса меня интересует все, что называется косметологией, потому что мне кажется, что это искусство. Как искусство жить, искусство еды. Думаю, что косметология – это территория удовольствия и философия отношения к себе. Ты должен переключить свое сознание. Это не просто – похлопал себя по щекам: для того, чтобы выглядеть, нужно прилагать усилия. Ничего в жизни, в профессии, в доме, в семье, в любви не дается без того, чтобы ты прикладывал усилия. Так что если ты хочешь хорошо выглядеть, ты должен эту работу воспринимать как нечто очень радостное, во всяком случае, положительное.

Я экстремистка – для меня существует всего 15 минут ухода за собой утром после душа (целая линия, которая, мне кажется, очень хорошо работает), и то же самое вечером, когда после спектакля снимаю макияж, подпитывая лицо.
Плюс раз в неделю, иногда бывает и раз в две-три недели – массаж лица, маски, пилинг... Знаете, змейки же тоже сбрасывают шкурки. Как-то сама придумала такое выражение: у меня иногда бывает ощущение, что я лицом несла большую хозяйственную сумку (смеется – прим. ред.). Как руки иногда устают, когда несешь что-то тяжелое. Вот так и лицо иногда будто капля из крана, начинает в одном месте собираться и прямо-таки падать. Но мне кажется: во всем должна быть мера. Я совершенно не принадлежу к тем женщинам, для которых уход за собой – это тема жизни. Для меня тема – работа, семья, сама жизнь. Но существуют лейтмотивы. Знакомство с MARTIN’EX – хороший лейтмотив. Мне кажется, я созрела для того, чтобы регулярно – как будет позволять рабочий график (иногда уезжаю на пару недель) – поддерживать себя. Я вижу в этом больший смысл, нежели прийти за 2 дня до собственного семидесятилетия и сказать: «Сделайте мне, пожалуйста, лицо 25-летней девушки!» (смеется – прим. ред).

– Как некоторые актрисы делают…
– Осуждать никого не берусь. Просто сердце кровью обливается. Вы понимаете, уходит индивидуальность! У меня есть такое сравнение... Помните, как сумасшедший человек с симптомами Герострата облил Данаю в Эрмитаже? Это было такое страшное зрелище! Ведь это шедевр Рембрандта – одного из моих самых любимых художников. А есть шедевры-люди. И мне кажется, что пластическая хирургия – словно серная кислота.

– И они сами себя обливают ей…
– Они хотят как лучше. Мне кажется, ни один врач не имеет права на ошибку. Врачебная ошибка – страшное дело. Но ошибка косметолога – превращение человека в Гуимплена.

– Юлия, какие-то свои рецепты красоты можете раскрыть (помимо того, что Вы сейчас дружите с MARTIN’EX)?
– Почти не ем сладкого – не люблю, а за соленый огурец, селедку и кислую капусту, если не Родину, то родное Подмосковье точно продам. Проверила на себе: если не есть после семи и просто выпивать стакан кефира, это дает серьезные результаты. Потому что, когда мы наедаемся на ночь – реально тяжело. Организм не успевает все перерабатывать. И плюс к этому – ты ведь лежишь абсолютно без движения. Обжорство нарушает пропорции человеческого тела. Я не ем жирное – не люблю. Вообще, жирная пища – это плохо. Еще – раздельное питание. Осознала, что и в этом есть мудрость. Конечно, никогда в жизни на нем долго не сижу.Еще – разгрузочные дни. Это тоже оказалось правильно.

Не бывает такого, чтобы я все время сидела на каких-то диетах. Знаю, что легкая гимнастика – суперправильная вещь. Всего 15 минут гимнастики. У меня есть даже отработанные упражнения, связанные с дыханием, но я делаю все это достаточно редко. Когда почти два года назад мы были в Германии (как раз перед Рождеством 11 дней), я съела там такое количество сосисок, капусты, булочек и выпила пива, что за два дня до отъезда думала, что выкачусь из автобуса! И я стала делать зарядку. Сказала: «Юля, achtung-achtung, что происходит?!» (смеется – прим. ред). Но отказать себе в этот момент не могла, потому что было так вкусно, да и работали мы много! И вообще как-то живу синкопами. Синкопа – такая божественная вещь, когда можно сделать либо вздох либо паузу, либо изменить привычное течение своей жизни. Я человек синкоп! Могу честно неделю-две всерьез заниматься собой… А потом возникает некое «хотя»… Потому что удовльствия продлевают жизнь.

 – Из разряда «я же себя люблю»?
– Да, я пытаюсь любить себя. Но у нас в семье было заведено, что мы больше любим окружающих, друг друга. Хотя иногда себя любить тоже правильно, тем более что это есть в христианских заповедях. Ему виднее.

– Еще есть какие-то удовольствия? Массажи, сауны, бани?
– Сауны и бани – не для меня. Обожаю гидромассаж, массаж. Причем, не такой, когда тебя поглаживают, а абсолютно спортивный, тело откликается. И потом, когда ездишь в автобусах, трясешься, с позвоночником происходит просто деформация, поэтому массаж необходим. Вообще, люблю иметь дело с человеческими руками. Они на меня хорошо воздействуют. Это и массаж лица, пилинги всевозможные – и тело начинает дышать, обертывания – и оно наоборот подпитывается.

Люблю косметологические процедуры. Когда ты проходишь курс – 5-6 процедур – это сразу видно на лице! Мне часто косметологи говорят: «Юля, Вас надо подкормить». Я говорю: «В каком смысле?» В первые разы лицо просто…(в этот момент Юлия показывает, как ее лицо, словно съедает все, что на него кладут – прим. ред.). Оно как будто голодное и начинает все впитывать.

Ну и еще бабуля меня когда-то научила, что на даче или в отсутствие клиник, салонов: можно взять прохладненький зеленый чай, желательно второй заварки и ватные диски. До этого вымазать лицо 20- или 25-процентной сметаной. Лечь, и зеленый чай – на глазки. И лежать 35 минут без всякого движения с совершенно расслабленным лицом. Хорошо бы при этом расслабить весь организм. Потом встать и все это дело смыть тепленькой водичкой, после чего еще можно увлажняющим кремчиком. Сметана отбеливает, напитывает. Зеленый чай убирает отеки. Знаете, как здорово! Еще бабулька меня научила: когда летом режешь салат, можно на лицо огурец налепить. Или клубнику! Так наши бабушки сохраняли себя. Надолго.

– Вот и рецепты от Юлии Рутберг. Вернее от бабушки Юлии Рутберг…
– Да. Лицом в клубнику, в сметану! (смеется – прим. ред.). Когда летом только появляется крапива, можно ее отваром мыть голову. Это совершенно колоссально подпитывает волосы. Существует много не нами придуманных, а открытых человечеством, наработок, которые связаны с травами. На меня это благотворно действует. Наши предки были мудрыми людьми. Они были больше в контакте с природой, а не только с приборами, которые включаются или выключаются из розетки.

– Вам часто приходится быть в гриме – на сцене, на съемочной площадке. В жизни есть потребность быть без грима?
– Да! Почти не крашусь в жизни. На 99 процентов я без грима вообще. И в метро езжу без грима. Иногда наблюдаю мыслительный процесс людей, которые смотрят на меня: «Нет, не она, не она!» Мне кажется, что в этом для меня есть некий «шик, блеск и тру-ля-ля»! Знаете, не могу стоять в пробках в Москве, меня это изводит. И меня совершенно не пугает, что кто-то увидит, какие у меня морщины. Очень смешно, что несколько раз в метро ко мне подходили женщины и говорили: «Это Вы?! Юлия Рутберг?» – «Да, я». «Что же Вас так красят в кино? Вы настолько лучше выглядите в жизни!». И еще такая фраза: «Мы Вас по голосу узнали!» (смеется – прим. ред.). Обожаю эту припарку! Согласна, чтобы меня узнавали по голосу, согласна, чтобы видели абсолютно естественные процессы – для кого-то изъяны, а для кого-то, может быть, и те «переулки, тропинки, дороги моей жизни, которые отпечатались на лице», как сказала когда-то Верико Анджапаридзе.

В идеале я хочу состариться как она. Лицо – картина моей жизни. И я думаю, что Верико была похожа на великолепную старинную фреску. Через лицо человека – все эти жилы, морщинки, пульсирующие венки, – идет такая информация, ты замираешь, потому что ты зачарован словно стариной. Так редко встречаешь такие лица. На них отпечатывается некий душевный итог. Замечательно сказал один питерский экскурсовод про бывшую петербургскую красавицу, которая стала похожа на Бабу-ягу. Он сказал: «Вот, посмотрите, милочка, у нее душа на лицо полезла!». Посему косметология косметологией, аппараты аппаратами, но душа имеет обыкновение «лезть на лицо». И об этом, мне кажется, надо не меньше думать, чем о том, какую линию кремов ты выберешь, как часто ты будешь ходить к косметологу.

Издатель журнала "Красота PROf" Ханна Ташлыкова и актриса Юлия Рутберг

Нужно проводить с собой еще внутреннюю работу. Согласитесь, мы должны быть хоть чем-то наполнены. Потому что сейчас беда людей в том, что они так опустошены! Может быть, поэтому они так агрессивны, так немилосердны, так зависимы, так суетны! И у меня все больше и больше ощущение, что люди превращаются в какое-то стадо. Мне повезло с детства, что я видела слишком много «пестрых овец» и «белых ворон», и что выросла среди них!

– Исходя из того, что в жизни вы без грима, – хорошо ли Вы понимаете тех женщин, которые в повседневности хотят выглядеть красиво, эффектно, нести на лице «боевой раскрас», быть с хорошей прической, красивыми ногтями…
– Я их не очень понимаю, совершенно их не осуждаю, в этом есть даже какое-то мужество. Просто хотела бы задать им только один вопрос: «А чего еще в жизни они хотели бы, кроме прекрасно нарисованного лица, ногтей, ботокса, латекса и надвигающегося климакса. Что еще их интересует в этом мире? Ради чего они пришли сюда. Насколько их интересуют дети, родители? Что они умеют делать, насколько они состоялись в этой жизни? Вы знаете – жизнь короткая такая. Каждый человек пришел сюда, чтобы что-то сделать: кто-то рожать и воспитывать детей, кто-то лечить, кто-то учить, кто-то петь, кто-то танцевать, но что-то сделать! Не мог тебя Господь Бог создать для косметического салона или только для бесконечного ухода за собой. Не верю в это! Я могу уважительно относиться к такой стоической направленности в одну сторону, но для меня в этом просто нет смысла.

– Наш журнал выходит в канун Нового года. Его читатели – владельцы и специалисты косметологических клиник и салонов красоты. Что бы Вы им пожелали?
– Мне хочется пожелать им успехов именно в том, чтобы у людей после выхода из косметического салона было хорошее настроение, ощущение того, что они прекрасны, совершенны, гармоничны. Потому что, когда человек ухаживает за собой, важно, как это на нем отражается.

Такой закон существует в театре (мне кажется, что это очень мудро): какую бы красавицу или уродину ни играла актриса, перед выходом на сцену она должна посмотреть на себя в зеркало, увидеть и понять, что все в порядке. Понять, как ты выглядишь, а потом отойти от этого зеркала, забыть об этом и заниматься своим делом.

Мне бы очень хотелось, чтобы люди, которые выходили из косметологических салонов, посмотрели бы на себя в зеркало и поняли бы, что все в порядке. И просто забыли бы об этой проблеме. «И тогда наверняка вдруг запляшут облака!». А на Новый год хочу пожелать вот что: когда будут бить куранты – это такое волшебное время, я в это свято верю, – загадывайте желания, это божественный праздник! И пока идут эти 12 ударов, человек так искренно чего-то желает, и мне кажется, идет, что называется, «прямая трансляция в небеса». И пока идут эти 12 ударов, есть абсолютный шанс, что тебя услышат, и все, что ты пожелаешь, сбудется!

Интервью взял Виталий Аверьянов.